Возвращение

Автобус встал, и прямо из открытой двери меня смыло темнеющей волной весенних запахов. Эта волна пронесла меня по знакомым улицам, которые за пару дней превратились в совершенно незнакомый длинный сад, протягивающий ко мне цветущие ветви. В клубе, куда я пришла за внучкой, стоял мягкий белый диван, и, сев на него, я увидела маленькую кухню с закипающим чайником. Окно было открыто и занавеска покачивалась, впуская с улицы темноту и свежий весенний воздух. Из библиотеки слышались голоса детей, почему-то не нарушавшие тишину. На другом таком же диване сидела молодая мама и тоже ждала, когда у ребенка кончатся занятия. Человек в мотоциклетном шлеме открыл ключом дверь и вошел в свой кабинет. Опять воцарилась тишина. Эта тишина и запах цветущих деревьев, качание занавески, детские голоса околдовывали как самое захватывающее действо — мне казалось, что я могу сидеть здесь вечно. В кабинет вошел парень с проводами и человек в шлеме начал упражняться в произнесении русских матерных слов с сильным акцентом. Парень послушал и безмятежно вышел из кабинета. И вдруг я всем своим существом почувствовала, что пришло возвращение…

***

Жизнь после эмиграции, когда все вроде как вращается по правильным орбитам и создается ощущение равновесия, воспринимается как хорошая. К тому же ты открыт новым дорогам.  Но только совсем исчезает то, что называется колдовство жизни. Ты перестаешь воспринимать свою жизнь как настоящую: это когда ты живешь где-то с детства, растишь детей, ходишь забирать их из школы и все тебе вокруг родное, синий вечер уже приготовил тебе возвращение к домашнему свету, родным глазам, неторопливости, вкусному ужину… Кажется, это утеряно навсегда. Твои внутренности как бы подвешены в чужом пространстве, и ты перестаешь чувствовать запахи, звуки и вкус…
И вдруг сейчас это вернулось. И тебе все опять родное. Выходит внучка и мы идем с ней за руку домой, я вглядываюсь в ее облик, она еще заколдована своим пятилетним возрастом, ее нельзя отделить от самой себя, она еще слышит неискаженную музыку жизни.
И я веду ее домой, к круглому столу, оранжевому абажуру, чаю с вареньем, миру который я еще в силах устроить для неё.

Comments are closed.