Зачем ездить заграницу

В длинных пальцах моего детства цветы золотой шар, кукурузные хлопья и сонатина Бетховена. Кукурузные хлопья точно такого же вкуса — на завтрак в гостинице в Монтрё. На фоне захватывающего дух вида на горы и озеро, стоят палатки, в которых продается вездесущий китайский хлам, включая почему-то семисвечники. В Шильонском замке мы сталкиваемся в каждом переходе с семейством индусов, мать семейства одета в сари и у нее красный кружок на лбу. Веселая пожилая тетя, говорящая с мужем по французски, изображает страдающих шильонских узников, забиваясь в ниши, где ее фотографирует муж. Потом эта компания вместе с нами ждет автобуса под дождем. Наверху шумит горная дорога.

Потом мы плывем на пустом кораблике в Веве. Озеро похоже на белый лист бумаги. Из тумана выныривает парусная регата. Текста пока что нет, но знаки препинания постепенно вырисовываются из тумана. Потом мы долго идем вдоль берега от пристани Веве Марше. Сворачиваем в город. Здесь слышен хор, похожий на церковный. Под эту музыку прямо к берегу вдруг подходят черные и белые паруса и опять скрываются в тумане.

Поскольку день пасмурный и немного сиротливый, мы зачем-то идем в местный художественный музей, о котором сказано, что там есть картины Коро. Почти задохнувшись от того, что наполняет остальные залы музея, мы наконец-то видим их. Это малюсенькие копии больших полотен и они не приносят облегчения. Слава Богу рядом стоит вокзал и мы на поезде уезжаем в Лозанну.

Через несколько часов на колесном корабле из коллекции женевского пароходства возвращаемся в Монтрё. Сегодня воскресенье. Из корабля, прибывшего на пристань, выезжают инвалиды в креслах, идут бесконечным потоком дети из школ специального обучения. Мы входим мы с толпой людей. Здесь почти не видно туристов. Зато много французских лиц, как будто из кино. Вот «Жан Габен» со своей суровой подругой пьет красное вино.
Гиганские поршни крутят колеса, перемалывающие воду. На пристани Шильон на корабль садятся индусы.

Набережная Монтрё благоухает цветами. Под ними об камни бьется вода. Над ними — памятник невероятному Фредди Меркьюри с букетами цветов, оставленными в подножии поклонниками.
Через пару часов идем проведать Набокова, Эллу Фицжеральд и других постояльцев знаменитого отеля. Памятники им глядят в разные стороны с зеленого газона перед отелем, но Набоков раскачивается на стуле повернувшись к озеру. Он не похож на того счастливого человека, которым он был, и вообще не похож на человека, создающего миры.

Швейцария — страна, предоставляющая услуги. Здесь можно за деньги сделать эвтаназию. Разумеется, после тщательных проверок и соответствующего разрешения.
Здесь никто не лезет в твои дела и ты совершенно свободен.
Здесь не интересовались источником богатств нацистов, перевозивших деньги в швейцарские банки…

Зачем люди путешествуют по миру?

«Мне не нужны путешествия» — сказал один наш знакомый — «я не люблю архитектуру».
«Что вы будете там делать?» спросил другой — «Выпивать?»

Comments are closed.